На следующий день пеший маршрут привел меня в Абрамцево. В Абрамцево также известно и многоговорящее имя, как имя Репина, Серова, Врубеля, да и самих владельцев этого, как бы сказали в своих сочинениях ученики 10-го класса, "мелкопоместной усадьбы".
Первым знаменитым владельцем усадьбы был Аксаков, действительно мелкопоместный дворянин, ну а последний ее владелец - Савва Иванович Мамонтов - был уже представителем новой мощной формации - капитализма во всех ее проявлениях, ну и, слава богу, в том числе наиболее прогрессивных.
Когда попадаешь в Абрамцево по дороге от станции, сразу охватывает ощущение того, что оказываешься в какой-то чуть ли не деревенской обстановке или, уже во всяком случае, остро характерно дачной. Дорожка к зрелому красивому смешанному лесу ведет через небольшие увалы, идешь с увала на увал, пока вдруг не оказываешься на каком-то возвышенном плато, обнесенном легкой изгородью. Переступаешь неведомый порог и оказываешься (и теперь уже до конца пребываешь) во власти ассоциации. Сразу вспоминается "Аллея в Абрамцеве" Левитана, "Пруд" Поленова и, конечно же, "Девочка с персиками" Серова.
Но оказывается этих ассоциаций недостаточно, если в полной мере оценить сию обитель художников и писателей. До Мамонтова-мецената, друга художников той эпохи, усадьбой владел что-то лет 16-18 не менее известный человек, подлинный художник слова, С.Т.Аксенов - автор "Записок об ужении", "Записок ружейного охотника Оренбургской губернии".
Когда-то этот небольшой дом с мезонином (это второй полуэтаж с балконом, террасой наверху) посещали лучшие литераторы России. Здесь бывал Гоголь, с которым С.Т. Аксенов состоял в дружеских отношениях и которому после смерти Гоголя он посвятил отличные мемуары, И.С. Тургенев и другие знаменитости.
Начиная от старейших построек - главной усадьбы, домика с мезонином - и кончая последними перед революцией выполненными постройками – все здесь подчеркнуто русское. Это мастерская, выполненная в стиле крестьянской избы, это баня - в виде терема, это, наконец, даже церковка, выдержанная в духе старых церковных сооружений, хотя она построена в преддверии XX века.
Все населяющие усадьбу знаменитости подчеркнуто прививали этим местам и культивировали отсюда исконно русское: ее историю и бывальщину. Начиная от сюжетов картин, кончая пейзажными этюдами - все было подлинно русское. Даже ремесло для крестьян - керамические мастерские, резьба по дереву - возрождали здесь Савва Мамонтов, его супруга Елизавета Григорьевна, как исконно русские ремесла.
Савва Иванович Мамонтов оставил глубокий след в развитии и просвещении этого края. Он провел сюда железную дорогу, открыл для крестьян керамическую мастерскую и мастерскую резьбы по дереву, которые не только придали новую славу старым русским ремеслам, но и обеспечивали заработок окрестным крестьянам и их детям. Кроме того, Савва открыл сельскую начальную школу и больницу в соседнем селе Хотьково, то есть заботился не только о подъеме русского самосознания, но и много конкретного сделал для этого. Отсюда развивалось, шло вширь и вглубь русское национальное искусство. Работавшие здесь художники, такие как В.Васнецов, своими полотнами как бы идеализировали русскую историю, подняли интерес к старине и народному духу, многие русские художники черпали в живописных абрамцевских перелесках, уютных прудах, в этой вечно меняющейся и всегда по-своему прекрасной природе силу своего творчества.
Савва Мамонтов умер в 1918 году и захоронен в склепе одного из приделов маленькой, почти игрушечной, Абрамцевской церковки, у входа в которую выбит крест с надписью "Блажен чист сердцем, токмо зрит бога (Привожу по памяти). В самой церковке в двух приделах два склепа, два гроба. В одном из них Савва, умерший в 1918 году, в другом его сын, кажется, Александр.
Но не об этих могилах хочется вспомнить, а о двух других, находящихся в крохотной церковной ограде, над которыми высятся простые деревянные дубовые кресты, один небольшой, деревянный, уже покосившийся и почерневший от времени, а другой большой, с козырьком, на котором вырезано": ,,Г.Мамонтова". Над двумя могилами поднялись две березки, расходящиеся от одного ствола и одного корня. Как это символично, потому что под крестами такие родственные, от одного корня и сердца души - мать и дочь. Дочь Вера - та самая сияющая, полная здоровья, счастья, безмятежности и необыкновенней чистоты, что изображена на полотне Валентина Серова "Девочка с персикам". В течение месяца писал Серов в столовой портрет девочки. Двухчасовые сеансы не утомляли ни натурщицу, ни художника, тоже еще молодого, полного ожидания светлых встреч, которые ниспошлет ему жизнь... Серову тогда шел 23-й год.
